RSS

Реклама

Вышел в свет летний номер журнала Бессарабский вернисаж. Спрашивайте в киосках города. Приятного прочтения!






Книга журналиста ИД «Курьер» Игоря Огнева "Измаил. Имена на все времена". Более 60 биографических очерков о прославленных измаильчанах.
Спрашивайте в розничной торговле:
•Книжный магазин "Книжкосвіт" (ул. Пушкина, возле музея А.В. Суворова)
•Отдел рекламы ИД "Курьер" (пр. Суворова, 77)
•Киоски прессы (остановка маршрута №10 в центре и напротив бывшего рынка "Росинка")


Анонсы


Рейтинг новостей

История     Просмотров: 325

Зоя Никоро. Её неповторимая жизнь. ч. 2

Зоя Никоро. Её неповторимая жизнь. ч. 2

Мы завершаем рассказ об известном советском генетике, прославленной землячке Зое Никоро.

Путь в генетику
В 1922 г. Зоя поступила на факультет агрономии и зоотехнии Петроградского сельскохозяйственного института. По его окончании работала зоотехником в Псковской губернии, затем заведовала государственным свиным заводом в совхозе «Подберезье» под Витебском. 
Попав в 1929 г. в Ленинград на Всесоюзный съезд генетиков и селекционеров, Зоя Софроньевна познакомилась со своим будущим мужем генетиком Валентином Эмильевичем Флесса. Именно он посоветовал ей перейти на работу в Центральную генетическую станцию (ЦГС), расположенную недалеко от Москвы. ЦГС в то время возглавлял Н.К. Кольцов. Специалист в области общей и популяционной генетики, он стал её учителем и несомненным авторитетом на всю жизнь.
С 1932 по 1942 гг. Зоя Софроньевна - доцент, зав кафедрой генетики и селекции Горьковского государственного университета. К сожалению, Никоро не успела завершить свои мемуары, которые обрываются на событиях середины 1930-х гг. Впереди её ждали почти полвека жизни, наполненной интересными встречами, научными открытиями и трагическими событиями.

"Генетика – продажная девка империализма"
Слова, вынесенные в заголовок этой части моего повествования, принадлежат не автору. Это цитата из выступления незабвенного Аркадия Райкина. Её смысл вполне я смог постичь лишь долгие годы спустя.
В 1948 г., после многих лет плодотворной работы с зачинателями отечественной генетики и солидных научных исследований произошло непоправимое, на десятилетие вперёд изменившее судьбу Зои Софроньевны. В августе этого года состоялась сессия Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В. И. Ленина (ВАСХНИЛ), на которой было принято приснопамятное постановление. Оно имело негативные последствия для нормального развития биологических исследований в СССР. Классическая генетика была объявлена дискредитированной, а учёные, занимавшиеся генетическими исследованиями, были уволены из образовательных и научных учреждений или переведены на другие направления деятельности.
В связи с несогласием с теоретическими положениями академика Т.Д. Лысенко, Никоро, как и многих других советских генетиков, лишили возможности заниматься наукой. На руках у Зои Софроньевны в это время находилось пятеро детей (двое приёмных). Она была вынуждена переехать в город своего детства Измаил. Чтобы хоть как-то прокормиться, женщине приходилось браться за любую работу. Доцент Никоро, которая в совершенстве знала пять иностранных языков (латынь, английский, французский, немецкий и румынский) зарабатывала себе на хлеб насущный, трудясь аккомпаниатором во Дворце пионеров, педагогом-воспитателем в детском туберкулезном санатории, баянистом в базовом Матросском клубе Дунайской военной флотилии и даже пианисткой эстрадного оркестра ресторана «Голубой Дунай».

Восхождение
К счастью, времена менялись. В 1957 г. академик Н.П. Дубинин пригласил Зою Софроньевну в организующийся в новосибирском Академгородке Институт цитологии и генетики. Последние годы жизни и научной деятельности Никоро были связаны с Новосибирском. Здесь она стояла у истоков создания лаборатории генетических основ селекции животных, которую и возглавляла на протяжении четверти века.
Когда вновь появилась возможность публиковать работы по генетике, Зоя Софроньевна написала и издала шесть трудов, посвящённых генетике сельскохозяйственных животных, теоретическим основам селекции и методологии количественной селекции. Никоро являлась одним из основных соавторов пособия для учителей по общей биологии. Оно дважды издавалось в СССР и было переиздано в ГДР.
Уже после смерти учёной в 1985 г. был издан учебник по общей биологии для средней школы, в котором она выступила соавтором и которым до сегодняшнего дня пользуются в школах РФ.
«Зоя Софроньевна запомнилась многим как худенькая старушка, медленно идущая по коридору института, – чуть согнувшись, с руками за спину, правая – за локоть поддерживает левую, – вспоминал доктор биологических наук М. Голубовский. – Хотя она и не любила внешних проявлений «слабого пола», - всегда оставалась женщиной и проявляла чисто женское неравнодушие ко всему небанальному, самобытному, красивому. «Посмотрите, какая у него арийская внешность», – с восторгом говорила об одном красавце математическом генетике с прямым носом и белокурой копной волос. «Откуда вы взяли такие цыганские нахальные глаза?» – поддевала другого. И третьему: «Вы читали рассказы Мопассана? Если нет, тогда вы не знаете, что такое усы у мужчины и для чего они вам…».
Академик В.К. Шумный вспоминал: «Мы с женой снимали комнату рядом с домом, в котором жила Зоя Софроньевна. В её окне свет часто горел до утра. Зелёный абажур на подоконнике, склонённая голова над книгами, словарями, неизменный «Беломор».
В Новосибирском Академгородке Никоро и написала во всех смыслах замечательную книгу воспоминаний – «Это моя неповторимая жизнь». Она увидела свет только через два десятилетия после её смерти…

След в жизни
Зоя Никоро принадлежала ко второму поколению советских генетиков, которые уже к середине 1930-х вывели эту науку на лидирующие позиции в мире. Однако эти достижения приходилось отстаивать в неимоверно враждебной среде мракобесия. Бесспорные научные истины это поколение учёных отстаивало в неравной борьбе и дискуссиях 1930-1940-х гг.
Личный вклад Зои Никоро в отечественную генетику весом и неоспорим. Она известна как ведущий специалист в области количественной генетики, статистических методов анализа наследуемости, имеющих первостепенное значение для практической селекции. 
Кандидат биологических наук, доцент – вот все её научные регалии. Список наград тоже был весьма скромен: орден «Знак Почёта», медали, почётный знак «Заслуженный ветеран Сибирского отделения АН СССР».
Зоя Софроньевна относилась к числу тех счастливых людей, для которых главное – результаты в науке. К пущей гордости измаильчан и она сама, и её научные работы в историю вошли, а не попали.

12.07.2018    Игорь ОГНЕВ